Двойной любовник [= Мститель ] - Джуд Деверо

— А теперь отвернись.

Весьма неохотно Джессика все-таки отвернулась, однако при этом не вымолвив ни слова. Когда Алекс надевал этот маленький парик, то ему приходилось предварительно завязывать волосы в тугой узел, поэтому теперь ему пришлось немало потрудиться, чтобы упрятать свою пышную шевелюру.

— Не подашь ли ты мне камзол? — спросил он раздраженно. Быть может, эта атласная одежда яркой расцветки скроет его секрет от проницательное взора Джессики.

Джесс резко повернулась на месте, чтобы рассмотреть Алекса получше.

— Я дала Элеоноре обещание, что не буду рассматривать твою одежду, поэтому единственный способ для меня выполнить это обещание — это то, что ты не станешь на себя ее натягивать. Элеонора совершенно уверена, что ты на смертном одре, и судя по твоему голосу, ты действительно недалек от него.

Алекс, не вылезая из-под одеяла, мысленно чертыхнулся в адрес вездесущих женщин и взглянул на Джессику.

— Я не могу подняться. Я лежу нагишом. — Он почти пожалел о сказанном, увидев, как передернуло Джесс при мысли, что она увидит его голым. И тогда, может быть, даже слишком поспешно, подумалось Алексу, она открыла ящик комода в основании кровати, достала оттуда чистую рубашку и подала ему, отвернувшись. Алекс сел в постели, и откинувшееся одеяло обнажило его мускулистое тело Когда он натянул на себя рубашку, ему пришла в голову мысль рассчитаться с Джессикой за те слова, которые она сказала ему, когда он предстал перед ней в костюме Мстителя.

Он заполз поглубже в постель, положил подушку на живот и прикрыл руки так, что были видны лишь кисти.

— Ну вот, — устало произнес он, — теперь я выгляжу прилично.

Джесс зажгла свечу и внимательно изучила его лицо.

— А выглядишь ты совсем неплохо. Что же с тобой было?

— Всего лишь обострение моего старого заболевания. Разве я не говорил тебе, Джесс, что один врач сказал, что я долю не протяну?

Она нахмурилась, а затем поставила свечу.

— Вообще-то больным ты не выглядишь. Бывает, что ты выглядишь ужасно, однако нельзя сказать, что ты полная развалина. — Ее глаза расширились. — Прости меня, пожалуйста, я дала Элеоноре обещание, что не стану тебя оскорблять. Теперь, когда я вижу, что с тобой все в порядке, я должна идти ловить рыбу. Пожалуйста, съешь что-нибудь и сделай так, чтобы моя сестра больше на меня не вопила. Может быть, мы с тобой и увидимся через пару дней. — Она собралась уходить.

Молниеносным движением Алекс поймал ее за запястье.

— Не могла бы ты побыть со мной еще немного, Джесс. Мне ведь здесь так одиноко.

Она попыталась стряхнуть его руку, но напрасно.

— Ты, Алекс, сам тому виной. Ты поставил у входа этого морского единорога, и он к тебе никого не допускает.

— Я знаю, — ответил Алекс задумчиво. — Просто я не хочу, чтобы меня видели в таком состоянии.

— Ну, теперь-то ты выглядишь гораздо лучше, чем когда… — она оборвала фразу на полуслове. — Ну так и быть, побуду еще минутку. О чем ты хотел со мной поговорить? — Она потянулась было за стулом, но Алекс, удерживая ее за запястье, усадил на край кровати рядом с собой.

— Чем ты занималась во время моей болезни?

— Рыбной ловлей.

— И больше ничем?

— А чем же я еще могу заниматься? Теперь, когда я лишилась своего судна, рыбный промысел отнимает у меня в три раза больше времени, чем раньше.

Алекс продолжал удерживать ее за руку.

— Ну а как рыба продается? Вот теперь она улыбнулась:

— Адмирал Уэстморлэнд и его войско лишают семью Уэнтвортов всяческого дохода от их мелочной лавки. Госпожа Уэнтворт вчера жарила морских моллюсков.

— А как поживает Эбигейль? Джессика презрительно скривила рот:

— Ходят слухи, что она удаляется с Итаном сразу же после ужина.

Алекс кашлянул, чтобы скрыть смешок.

— А как твой Мститель поживает?

— Бешеный он, — произнесла она, не подумав, и тут же замолкла.

— Бешеный от злости или он просто не в своем уме?

— А вот это тебя не касается. — Она попыталась убрать руку, однако Алекс этого не допустил.

— Что, голубки поссорились? — поддразнил он Джессику.

— А мы вовсе и не… — начала Джесс, но замолчала и опустила взор.

— Да ладно, рассказывай, — стал льстить ей Алекс — Как я понял, недавно вы снова виделись. Хорошо хоть он налет не совершал. Я был слишком слаб, чтобы защитить тебя.

На этот раз ей удалось вырвать руку, она схватила подушку и резким взмахом опустила ему на голову, выбив из парика облака пудры — Ты негодяй, — выкрикнула Джесс. — Ты просто напыщенный, ленивый негодяй! Это ты виноват во всем, что произошло. Ты посеял сомнения в моей душе. Мститель — это надежда на освобождение для всего нашего города, в то время как ты просто шут гороховый Да, ты просто… — Она прервала свою речь, потому что Алекс лежал в постели недвижим. Его шея была неестественно вывихнута.

— Алекс! — У нее перехватило дыхание, и она почти рухнула на постель, приблизив лицо к лицу Алекса. — Алекс, я этого не хотела Я забыла, что ты такой хрупкий Алекс, не умирай, прошу тебя! Я тебе искренне признательна за все то, что ты сделал для нашей семьи, — Она обняла его за голову и прижала к своей груди, одновременно гладя его по щеке. — Прости меня, Алекс! — мягко произнесла Джессика.

— Больше я тебя бить не буду.

Алекс улыбался, наслаждаясь мягкостью и теплом груди Джессики несколько долгих мгновений, а затем, застонав, обнял ее за спину.

Она рванулась из его объятий, но Алекс крепко держал ее.

— Джесс, ты полна жизненных сил, которые мне столь необходимы. Побудь еще со мной, прошу тебя!

Она еще крепче прижала голову Алекса к своей груди.

— Я не хотела сделать тебе больно. Ты говоришь мне такие гадости, что я просто забываю о том, какое ты нежное создание.

— А станешь ли ты сожалеть, если меня не будет здесь?

Она мгновение колебалась.

— Конечно же буду Ты создаешь массу проблем, но ты настоящий друг нашей семьи. Оглядываясь в прошлое, я вспоминаю, как ты спас меня в тот безумный день, когда они сожгли «Мэри Кэтрин». Я тоже ведь потеряла в тот день рассудок и наделала глупостей.

Алекс приподнял одну бровь.

— Да, отчасти.

— Ну как ты, получше?

— Гораздо.

— Алекс, я не знаю, что у Элеоноры действительно на уме. А теперь мне пора на промысел.

— Да, конечно, иди, а я буду здесь тихо полеживать, пока обо мне кто-нибудь не вспомнит и не принесет поесть.

— Я скажу Элеоноре, когда буду уходить на побережье, чтобы она тебя накормила, — сказала Джесс, оправляя одежду.